Поэтому я пошёл в баню

Любой мужчина мечтает напиться, сесть не в тот самолёт и чтоб наутро

Барбара Брыльска гладила его пальцем по щеке.

И ещё мне сказали: будет ужин, всё домашнее, поросёнок с яблоком во рту,

огурчики, пирожки с черникой.

Поэтому я пошёл в баню.

Баня маленькая, двухместная, мне выпало мыться с Колей. Гости смотрели

нам вслед с пониманием. Все были в курсе, Коля родился и вырос в

мартеновской печи. При виде тазиков он дуреет. В нём просыпается

огненный монстр, демон веника и пара. А я ж не знал. Я шёл просто мыться

и говорить о женской вредности.

Он надел шапку, перчатки. По глазам было видно, надел бы и валенки, не

было. Сказал, надо поддать. Поддавал, пока не взорвался градусник.

- Ну вот, теперь хорошо, - обрадовался Коля.

Меж тем, в парилке настало ядерное лето, всё вокруг сделалось лиловым и

малиновым как на Венере в середине августа.

На всякий случай я показал Коле жестами, какой я несчастный. Как бы

намекнул что сдаюсь и готов уже перейти к пьянству, самолёту и Барбаре

Брыльской.

Continue reading

Ночной снайпер

— Что сосед, не спится? — спросил Сергей, мой сосед по лоджии, выпустив

изо рта тонкую струйку дыма.

— Как и тебе, — ответил я закуривая.

— Да-а-а, эти сволочи спать не дадут до утра, — ответил он.

"Эти сволочи" — это шпана, которая засела у нас во дворе и орала песни

под магнитолу при настежь открытых дверях своей машины, не давая спать

всему дому в целом и нам с Серегой в частности. Сосед пару раз на них

уже успел рявкнуть, но его послали так далеко, что в ночной темноте

этого места было трудно увидеть. А звать милицию как всегда было

бесполезно — она тоже спала.

— Перестрелять бы гадов, — вздохнул Серега, закуривая. — Перестрелять!

Перестрелять... Перестрелять? Хм! Слышь, сосед, не ты ли мне как-то

говорил, что у тебя в диване новая пневматическая винтовка лежит?

— Ты что, опух? Во-первых, этим не перестреляешь. А во-вторых, если в

глаз попаду — проблем не оберусь. Да и стреляю я плохо. Иди ты нафиг, —

ответил я.

— Так тебя никто и не просит. Стрелять-то буду я. Я же в первую

Чеченскую снайпером был. Да и кто тебе сказал, что я именно в них буду

стрелять? Я по стаканам, благо они все в свете фар. Кстати, по фарам

тоже могу... Давай, тащи винтовку.

Нехотя, я все же притащил пневматику. Ловким движением Серега зарядил

ее.

— Шлеп, — раздалось снизу.

— Первый стакан продырявили, — тихонько ответил Серега и стал

перезаряжаться.

— Что это было? — раздался голос внизу.

— Шлеп, — снова снизу.

— Второй стакан, — уточнил Серегга.

— Б$*, что за х"№ня? — спросил второй голос снизу.

— Дзззынь, — раздалось погромче.

— Вот, и бутылки нет, — сказал Серега. — А ну-ка я по фарам.

— Да что творится-то? — это снизу испуганный девичий голос.

— Хлоп, — щелкнуло внизу.

— А, черт, фара крепкая, — тихо ругнулся Серега. — Ну-ка я еще раз.

— ХЛОП! — сказала фара и погасла.

— НАРОД! ПОЛУНДРА! В НАС СТРЕЛЯЮТ! — заорали снизу сразу три голоса.

Все, кто был, ломанулись в кусты. Самые смелые — в машину. Иномарка

развернулась. Серега еще раз спустил курок.

— Ай, б$*, мне зеркало снесли! — завопил голос, и машина сорвалась с

места.

Еще где-то минуту мы слышали угрозы в свой адрес от тех, кто уходил со

двора по стенке. Затем все стало тихо.

— Ну, сосед, — сказал Серега, возвращая мне винтовку, — давай курнем по

одной, и спать.

История из карелии

Правдивость данной истории равна правдивости всех других, обычно

рассказывающихся байдарочниками у костра. Эта - из Карелии.

Картина: перед порогом 3-й категории (не Ниагара конечно, но все-таки)

стоят на камушке мастера байдарочники и обсуждают, как им этот порог

пройти. Обсуждают долго, потому как хочется его пройти живыми и без

потерь.

И тут, медленно, бросая вызов всем байдарочникам и этим что на камне в

частности, из-за поворота появляется "плот", сделаный из трех секций

армейского пантона. На нем - никого. Палатка, правда, есть, но

застегнутая на все молнии, а людей нету. Мастера прекращают обсуждение,

в головах их, видимо, начинают шевелиться мысли "может ушел", "может

поймать", и т.п.

Мысли разом прекращаются, когда у палатки расстегивается молния, оттуда

высовывается рука и выкидывает пустую бутылку водки. После чего,

профессионально заученым движением эта рука палатку закрывает.

Байдарочники, скорее всего, просто не смогли подавить в себе то ли

зависть, то ли ужас, но кричать всякие там "ААА! Порог! Ща как вы все

там...!" не стали. Вообще-то зря. Порог он штука опасная, особенно когда

на него вот так, по-буденовски можно сказать лезут. Но русский человек в

альянсе с водкой непобедим как IDDQD. Когда этот "плот" дошел до начала

порога и начал крениться вниз, из палатки, перекрывая шум жаждущей жертв

воды, донесся вопль (готовы?) "ПРИКУП ДЕРЖИ!"

Порог они вроде прошли.

Continue reading

Есть у меня друг раввин

Есть у меня друг раввин, да ещё и историк. И вот как-то сидим в

ресторане отмечаем годовщину чего-то там, выпиваем, веселимся, в общем

празднуем. А надо сказать что друг мой при своей довольно не типичной

для раввина внешности (рост за 190см) ещё и бодибилдер. Короче

внешность: здоровенный такой дядька, бицепс покруче Шварценнегера, и при

этом борода и пейсы. (Сёма, привет!!!) Но когда сидит за столом, то не

особо и заметно (в смысле фигуры). Так вот, сидим, значит, никого не

трогаем, как вдруг из-за соседнего столика, с чисто кавказской

обходительностью, т. е. абсолютно нас не спросивши, подсаживаются двое

подвыпивших абреков и начинают трепать нам за жизнь. Половина этого

трёпа можно перевести как: вот какие мы крутые, потому что горцы! Я сижу

и не знаю как от них отвязаться, т. к. задолбали, а драки не хочется ну

никак, и тут на себя взял события мой друг Сёма. Громогласно, т. е. на

весь ресторан, он выдал нижеследующее:

- Дорогие горцы, у меня по поводу нашего замечательного знакомства есть

тост (тишина и внимание всего зала). В древних священных текстах

говорится о великом потопе. Все вы о нём знаете. Я вам расскажу что было

после того как Бог вернул людям сушу. Вода отступала понемногу и не

сразу, дабы не возникло ещё одного глобального катаклизма. И вот, в

какой-то из дней перед людьми стал вопрос: оставаться ли им на вершине

горы Арарат, или спускаться в долину. Одни говорили, что в долине должны

быть плодородные земли и луга для выпаса скота, и что надо идти в

долину. А вторые говорили, что Бог может прислать второй потоп и тот кто

спустится в долину неминуемо погибнет. Лучше, говорили они, мы будем

жить впроголодь, но останемся живы. Долго спорили люди, и в конце концов

решили разделиться. Одни решили идти в долину, а другие решили остаться

в горах. (теперь внимание амбула): После этих слов Сёма поднимается во

весь свой гигантский рост и демонстрируя бицепс на охрененно здоровой

руке поднимает маленькую рюмочку коньяка и говорит:

- Так выпьем же за тех кто не обосрался, а спустился в долину и завоевал

мир!!!

Самое прикольное, что горцы сначала выпили. Только потом ушли.